Транссубъективный экзистенциализм Д. Гинева
17 Views6 Pages
1 File ▾
scribd. scribd. scribd. scribd. scribd. scribd. scribd. scribd. scribd.
Вісник Харківського національного університету імені В.Н. Каразіна, 2016 р.
55
УДК 316.25 ТРАНССУБЪЕКТИВНЫЙ ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ ДИМИТРИЯ ГИНЕВА
Мельников Андрей Сергеевич –
кандидат социологических наук, доцент, докторант факультета социологии Киевского национального университета имени Тараса Шевченко
У статті розглядаються загальні положення теорії транссуб’єктивного екзистенціалізму сучасного болгарського дослідника Дімітрія Гінєва, до головної характеристики зазначеного підходу віднесена критика есенціалістської теорії практики. Показана значущість диференціації понять транссуб’єктивності та інтерсуб’єктивності, що відображають, відповідно, онтологічний рівень соціальної реальності з характерною для нього трансцендентністю, потенційністю і динамічністю, та онтичний рівень суспільства, якому притаманна поверхнева актуальність, об’єктивність, реіфікація, статичність і емпіричність. Структура концепції транссуб’єктивного екзистенціалізму вибудовується на підставі принципу «герменевтичного кола» стосовно проблеми соціальної практики і таких її параметрів, як взаємопов’язаність з іншими практиками, єдність просторових і часових вимірів (хронотоп), конституювання смислів, освоєння (детермінізм) і проектування (волюнтаризм) можливостей, «ситуаційна трансценденція», вибір і рутинізація. Стверджується необхідність включення концепції Д. Гінєва в структуру екзистенціальної парадигми в соціології.
Ключові слова:
екзистенціальна соціологія, Дімітрій Гінєв, транссуб’єктивний екзистенціалізм, теорія практики, хронотоп.
В статье рассматриваются общие положения теории транссубъективного экзистенциализма современного болгарского исследователя Димитрия Гинева, к основной характеристике указаного подхода отнесена критика
эссенциалистской теории практики. Показана значимость дифференциации понятий транссубъективности и интерсубъективности, отражающих, соответственно, онтологический уровень социальной реальности с характерной для него трансцендентностью, потенциальностью и динамичностью, и онтический уровень общества, которому присуща поверхностная актуальность, объективность, реификация, статичность и эмпиричность.
Структура концепции транссубъективного экзистенциализма выстраивается на основании принципа «герменевтического круга» применительно к проблеме социальной практики и таких ее параметров, как взаимосвязанность с другими практиками, единство пространственных и временных измерений (хронотоп), конституирование смыслов, освоение (детерминизм) и проецирование (волюнтаризм) возможностей, «ситуационная трансценденция», выбор и рутинизация. Утверждается необходимость включения концепции Д. Гинева в структуру экзистенциальной парадигмы в социологии.
Ключевые слова:
экзистенциальная социология, Димитрий Гинев, транссубъективный экзистенциализм, теория практики, хронотоп
The paper examines general provisions of the theory of transsubjective existentialism of contemporary Bulgarian scientist Dimitri Ginev. The main characteristics of indicated approach are related to criticism of the essentialist theory of practice. There is specific consideration on the importance of differentiation of concepts «transsubjectivity» and «intersubjectivity», reflecting, respectively, the ontological level of social reality, characterized by transcendence, potentiality and dynamism, and the ontic level of society, for that surface actuality, objectivity, reification, static and empiricism are intrinsic. The structure of the theory of transsubjective existentialism is built on the basis of the principle of the «hermeneutic circle» in relation to social practices and its parameters, such as: 1) interconnectivity with other practices; 2) unity of spatial and temporal dimensions («chronotope»); 3) constitution of meaning; 4) development (determinism) and the projection (voluntarism) of possibilities; 5) «situational transcendence»; 6) choice and routinization. The need for subsequent integration of Dimitri Ginev’s transsubjective existentialism to the general structure of the existential paradigm in sociology is underlined.
Keywords:
existential sociology, Dimitri Ginev, transsubjective existentialism, theory of practice, «chronotope»
© Мельников А. С., 2016
Серія «Соціологічні дослідження сучасного суспільства: методологія, теорія, методи»
Випуск 37
56
В современной социологии наметилась устойчивая тенденция к актуализации того типа проблематики и методологии, который наиболее соответствует экзистенциалистской перспективе в отношении социального бытия. Усиление социологической рефлексии под влиянием постнеклассического подхода дополнительно способствует перемещению экзистенциализма с периферии в центр анализа новейших социальных изменений. При этом наблюдается не просто слепое копирование социологами идей экзистенциальной философии, но постепенное формирование полноценной экзистенциально-социологической парадигмы, синтезирующей наиболее важные достижения обеих областей знания. Вместе с тем, существует явный недостаток историко-социологического осмысления экзистенциальной социологии, направленного на раскрытие сущности тех конкретных концепций и теорий, которые уже включены в структуру данной парадигмы или обладают соответствующим потенциалом. К числу последних относится экзистенциалистская теория современного болгарского исследователя Димитрия Гинева. Несмотря на многочисленные ссылки на работы Д. Гинева в зарубежной литературе, его научное творчество еще не выступало предметом специального рассмотрения. Исследования болгарского ученого опираются на наследие философского экзистенциализма (М. Хайдеггер, К. Ясперс, Г. Марсель, Ж.-П. Сартр, А. Камю и др.), однако не имеют эксплицитной, формальной связи с парадигмой экзистенциальной социологии (Э. Тирикьян, Дж. Дуглас, Дж. Джонсон, Дж. Котарба, А. Фонтана, С. Лаймен, М. Скотт, П. Меннинг, М. Болль да Баль, К. Вольф, М. Вейнштейн, Дж. Хейм). Исходя из этого, главной целью представленной статьи является историко-социологический анализ научных идей Д. Гинева, делающий возможным их последующую интеграцию в общую структуру экзистенциально-социологической парадигмы. Димитрий Гинев относится к тому новому типу исследователей, которых сложно однозначно охарактеризовать с точки зрения дисциплинарной принадлежности. Его широкие интересы точнее всего могут быть определены как философия науки, совмещающая в себе элементы герменевтики, экзистенциализма, феноменологии и социокультурной онтологии. Гинев обладает большим опытом международной деятельности, что повлияло на многомерность его интеллектуальной позиции. В последние годы он преподавал в Софийском университете Болгарии, занимал исследовательскую должность в Университете Констанца (Германия), а в настоящий момент возглавляет редакцию европейского журнала «Divinatio: studia culturologica». На протяжении своей профессиональной карьеры Гинев опубликовал около 400 научных работ, включая более чем 20 монографий. Первые публикации Гинева в начале 1980-х годов были связаны с темой его диссертации, посвященной герменевтической трактовке введенного Т. Куном понятия парадигмы. Болгарский ученый пытался соотнести герменевтику и эпистемологию, на основании чего приобщился к развитию подхода «герменевтического реализма», суть которого состояла в критике статичного сциентизма. В дальнейшем его исследования охватывали широчайший круг проблем, включающих в себя пост-метафизическую критику проекта современности, рассмотрение процессов эмансипации и секуляризации, анализ политической сферы общества. Непосредственно экзистенциалистское содержание философии науки Гинева опирается на наследие М. Хайдеггера, отражаясь в развитии проблематики онтологии гуманитарных наук и таких концептуальных понятиях, как «экзистенциальная онтология» [1-3], «экзистенциальная пространственность» [4-6], «экзистенциальная культурология» [7] и «когнитивный экзистенциализм» [8-10]. В контексте сложного переплетения данных понятий автор выдвигает «доктрину транссубъективного экзистенциализма» [11-12], совпадающую в предметном плане с экзистенциальной социологией и ее стремлением осмыслить общество как социальную экзистенцию. Заявленная доктрина предназначена для решения с позиции экзистенциальной аналитики разных дилемм теории практики, последняя из которых понимается как часть социальной теории. По сути, главная идея Гинева не отличается здесь существенно от соответствующих идей в других его концепциях. Ее специфика заключается в герменевтической и онтологической трактовке теории практики, что в результате приводит к герменевтически-реалистскому выделению такой категории, как «хронотоп», заимствованной у М. Бахтина. Ccылаясь на исследования А. Реквитца [13], Гинев дифференцирует четыре типа культуральной теории: теория практики; культурный/структуралистски-семиотический ментализм; дискурсивный интерсубъективизм; социально-конструктивистский текстуализм. Эти типы противопоставляются классическому картезианскому подходу в социальной теории с его долгосрочными последствиями в виде подчеркивания рациональной, социально-экономической природы человека. В отличие от других типов оппозиционной культуральной теории, теория практики, а особенно ее герменевтически-
Вісник Харківського національного університету імені В.Н. Каразіна, 2016 р.
57
феноменологическая версия, радикально настроена против эпистемологических дилемм и, в частности, — против дихотомии «субъективизм-антисубъективизм». Соответственно, понятие транссубъективизма становится продуктом этой эпистемологической стратегии. Гинев описывает теорию практик как такой подход, предметом которого является конституирование смыслов в контексте деятельности. Практика — это не только принятая большинством членов социальной группы форма организации поведения, как полагают эссенциалисты, но и внутренний управленческий ресурс, способный контролировать собственную продуктивность. Эссенциалистские теории практики склонны фокусироваться на примитивном объективизме и инвариантности объективированных практик. Транссубъективный экзистенциализм, напротив, выходит за пределы объективистского понимания практик и рассматривает их с позиции герменевтической концепции, которая развивает и трансформирует положения экзистенциальной аналитики. В основе этой концепции лежит сопоставление позитивно-ограничивающих и негативно-освобождающих аспектов познания практики и соответствующих им факторов онтического и онтологического порядка, с утверждением превосходства последнего. Онтологическое рассмотрение практик предполагает их взаимосвязанность и соотнесенность, что, по мнению Гинева, противоположно объективистской идентификации практики как частного, локализованного, дискретного феномена. Взаимосвязанность практик не просто означает ее реализацию акторами, состоящими в определенных отношениях, но и заключает в себе возможности, конституирующие в своей непрекращающейся актуализации коллективную идентичность совместно практикующих индивидов. Таким образом, индивиды понимают себя с точки зрения возможностей, которые они могут совместно использовать. Однако термин «понимание» имеет здесь очень тонкое значение, состоящее в проецировании смыслов определенных взаимосвязанных практик на конституирующие возможности, что дает индивиду указания на то, как он может органично соответствовать заданному контексту. «Коллектив (группа) акторов, – пишет Гинев, – тогда разделяет взаимосвязанные практики, когда они артикулируют ту сеть смыслов, которую взаимосвязь проецирует на возможности» [11, с. 79]. Таким образом, процесс создания смыслов фактически совпадает с реализацией возможностей и конструированием. Критикуя традиционный подход к практикам, Гинев приводит в пример социологизм Э. Дюркгейма, опирающий на принципы каузальности, детерминизма и понимания социальных фактов как вещей в себе или реальности
sui generis
. Взаимосвязанность практик налагает на актора определенные ограничения, дополняя физическую каузальность причинами социального типа. В частности, категория социальной памяти М. Хальбвакса демонстрирует, как социальный порядок определят логику того, что и как должен помнить индивид. Для закрепления этого влияния формируются соответствующие мнемонические практики. Противоположностью каузального детерминизма является отрицание практик как реальности
sui generis
. Надындивидуальные силы заменяются здесь понятием конкретных привычек, носящих индивидуально-психологический характер. Также отрицается холистическая социальная онтология и утверждается относительная свобода действия. Пытаясь преодолеть крайности обеих позиций, Гинев указывает на необходимость корректной интерпретации проблемы дуальной природы практик, согласно которой они одновременно являются ограниченными эмпирическими объектами и открытыми, посредством взаимосвязи с другими практиками, социокультурными феноменами. Такая интерпретация может быть осуществлена при использовании принципа «герменевтического круга» в построении рефлексивной теории практик. По мнению Гинева, на шкале между холизмом и психологизмом находится множество умеренных подходов, среди которых выделяется теория практик П. Бурдье. Вводя понятие габитуса, французский социолог нашел транссубъективный способ выхода за пределы дихотомии крайних позиций, поскольку габитус не относится к объективным феноменам, но также и не «существует» как таковой. Теоретическая стратегия Бурдье диалектична (соотношение «микро»-»макро») и направлена против чистого холизма или эссенциализма, поскольку она уклоняется от принципа сведения практик только к логическим действиям. Так называемая «теорема экономии практической логики» Бурдье показывает, что логика не должна использоваться сверх того, что необходимо для практических целей. Ориентация Гинева близка к теории Бурдье, но она больше смещена в сторону герменевтики. Транссубъективный экзистенциализм резко выступает против редукционизма, реификации и объективации социального. Его суть состоит в подчеркивании взаимозависимости практик, производящих горизонт возможностей, благодаря которому
